Диалоги с четырехлеткой в стиле коучинг. Часть 2


parent coachingДвумя небольшими зарисовками я продолжаю цикл заметок-диалогов с ребенком. Часть из них происходит на русском, часть на английском. Описываю по-русски хотя бы потому, что по памяти не восстановлю Андреев английский в этих ситуациях.

Мне интересно, как моя профессиональная деятельность (коучинг) отражается на общении с семьей. Возможно, кому-то из вас, читатели, этот опыт также будет полезен.

Андрей и драки (4 и 6)

Превращение нашего тихого, неконтактного, следящего за всем происходящим из угла ребенка в «мальчишку обыкновенного» происходит стремительно. Поскольку за пределами группы детского сада я крайне редко могу наблюдать его в общении с детьми, я стараюсь в деталях расспрашивать о садовской жизни. На обычные вопросы и ответы получаю обычные: что ел, как не спал, какую поделку делали, выходили ли гулять. Но буквально один вопрос не про события, а про эмоции открывает маме слуховое окошечко в детский мир.

- Андрейка, что сегодня тебе в твоем дне в саду особенно запомнилось, что понравилось?

- Хороший был день! Я целых два раза дрался!

- Ого! Два раза? И как это выглядело?

- Ну, с Мишей К.

- Вот это да, это для меня неожиданность. Ты дрался.

- Да, я сначала вот так, а потом еще так…

- Удивительные вещи ты рассказываешь. И что же, тебе это нравится?

- Конечно, я же сильный.

- Хм, ты дерешься, потому что сильный?

- Да, мама.

- Я поняла тебя. А с кем ты такой сильный дерешься? Тоже с сильными?

- По-разному.

- А если по-разному, то как ты определяешь, с кем тебе драться?

- По виду…и по запаху.

- Это как?

- Ну я внимательно смотрю на него, потом осторожно подхожу поближе и нюхаю.

- Ага, и как пахнет тот, с кем ты драться собрался?

- Я сейчас точно не помню, но я же использую свои глаза, и свой нос.

- А что ты еще используешь, как понимаешь, что с этим будешь драться?

- Я только с плохими дерусь.

- Вот как? А плохие – это какие?

- Это которые тоже со всеми дерутся, и со мной, и с И., и с М.

Далее выясняется, что один человек у него может быть и «плохим», и «хорошим», по ситуации, и что дерется он честно и не больно, что это по взаимной договоренности происходит. Мы обсуждаем вопросы силы и слабости, драки в защиту и агрессию, нападение.  По тому, насколько ребенок вовлечен в беседу, складывается впечатление, что это для него важные, не пустые вещи. Через несколько часов подходит ко мне и спрашивает шепотом: «Мама, расскажи мне, если знаешь, почему М.К. со мной сначала дружит, а потом дерется? Не понимаю. Мне обидно из-за этого». Про мотивы М.К. я ничего сыну не могу достоверно пояснить, разве что посоветовать самому спросить. Но мы повспоминали вместе, как Андрей себя ведет, разделяя на «хороших» и «плохих» в разном контексте. Он сделал вывод, что сам не особенно последователен, и не всегда умеет быстро закончить игру, предполагающую драки. Задумался о том, что может М.К. тоже против него лично ничего не имеет.

Несколькими неделями позже я убедилась, что при всей своей специфике, М.К. вполне достоин называться другом.

Андрей и слезы (4 и 7)

В ноябре несколько дней лежал снег, и дети выходили на прогулки с ледянками. Большинству нравится с них падать, сбивать другого с ног, подрезать, наваливаться друг на друга кучей. Это не наш формат совсем. Такие «дикие» увеселения Андрею не близки. Даже книжка про Маму Му на санках не сподвигла его сесть самому и подвергнуть себя этим рискам. Тем не менее, он с воодушевлением бегал по кромке горки вверх и вниз рядом с катающимся М.К.

Но, как говорится, аккуратная езда за рулем не застрахует от лихачеств всех остальных водителей. Андрея сбили с ног. Причем подрезали со спины, неожиданно, когда он был не на горе, а не безопасном расстоянии от трассы (по его мнению). В общем, кроме виртуозного сальто с приземлением лицом в снег, было еще и обидно – он же все по правилам делает, а его…

Сгребаю в охапку, вытираю лицо, озвучиваю ребенку все, что я видела.

- Так все стремительно произошло. Ты не видел, стоял спиной, и мальчик на ледянке сзади на тебя наехал. Ты не удержался на ногах и перекувыркнулся через него, и упал.

- Да, мама!

- Тебе, наверное, неприятно было в снегу лицом, холодно. А еще страшно и непонятно, что произошло.

- Угу, я же в стороне был! Зачем он на меня поехал? Это же неправильно!

- Ты думаешь, что мальчик нарушил правила, потому что ехал не по тропинке, где все, а сбоку?

- Да, так нельзя делать!

- Дружок, это мы с тобой уже много раз обсуждали. Ты свои правила знаешь, я знаю. Если ты мне заранее о них рассказываешь, а всем остальным они не известны. И у них могут быть свои правила. А еще большинству детей, как ты видишь, нравится так играть, чтобы врезаться и падать.

- А мне нет!

- А тебе нет, и я это знаю. Ну раз уж мы здесь с тобой тоже гуляем, нужно быть готовым ко всему. И сейчас произошла такая ситуация, в которой у тебя действительно есть причина плакать и выражать недовольство. Я тебя буду обнимать, и отойдем еще подальше от горки.

Тут примчался М.К. Спросил, что случилось, и тут же пошел атаковать незадачливого гонщика на ледянке за то, что «его Андрея» обидел. Это, наверное, дружба в 4-5 лет :)

Прошло несколько минут. Выяснилось, что падать было не больно, и вообще сальто получилось отличное. Лучше даже, чем на акробатике учат. Но ребенок по-прежнему подвывает. Я давно уже наблюдаю, что он резко выходит в истерику, и очень долго успокаивается обычно. Это, порой, вызывает сильное раздражение. Мне-то кажется, что уже исчерпан инцидент, а скулеж продолжается, или даже разгорается с новой силой. Теперь мы оба знаем, почему.

Оказывается, к одной сильной эмоции очень быстро примешиваются впечатления со сходными переживаниями. Причем они могут быть очень давними.

- Андрейка, ты снова плачешь, хотя не больно, и уже не страшно, и я с тобой рядом, и мальчик ушел. О чем сейчас твои слезы?

- Я плачу, что меня Д. и И. на асфальт уронили!

- Уронили? Когда они тебя уронили?

- Еще снега тогда не было, не сегодня…

Тут я узнала о всех случаях «вопиющей несправедливости», которые в жизни ребенка происходили в последние пару месяцев. Мое какое-то поведение тоже включалось в рассказ. И каждый раз с новой силой начинал человечек всхлипывать.

Скорее всего, психологи этот феномен уже давно описали, да и мы – взрослые – за собой можем наблюдать это. Если расклеиться и начать себя, например, жалеть, приплетаешь все доказательства собственной правоты и несчатности по вине кого-то там. Еще сочнее переживанию получаются, если все свои оплошности начинаешь перебирать как подтверждение полной никчемности и ни к чему не способности. Но сказать, что я к длительным слезам теперь гораздо спокойнее отношусь, это почти ничего не сказать. Сейчас это повод побольше узнать о жизни ребенка, которая обычно остается за кадром.

Андрей так и говорит: «Мама, мы же знаем, что я всегда долго плачу обо всем.  Мне нужно время, чтобы успокоиться».

Продолжение следует.

Продолжение заметок по этой теме ЗДЕСЬ

If you found an error, highlight it and press Shift + Enter or click here to inform us.

Комментарии:

Диалоги с четырехлеткой в стиле коучинг. Часть 2: 3 комментария

  1. Уведомление: Диалоги с четырехлеткой в стиле коучинг - English4.pro

  2. Уведомление: Диалоги с 5- и 7-леткой в стиле коучинг - english4.meenglish4.me

Добавить комментарий